Легенды старого города

Ахен... Старинный город, весь сотканный из сказаний. Его история легендарна, его памятники несут печать событий, более похожих на сказку, чем на реальность. Все — от истории создания города до традиционных промыслов — содержит в себе какое-нибудь предание, порой страшноватое, а иногда и забавное...

Термы

Стоит Ахен на горячих источниках. Собственно, благодаря им он и возник. Еще римляне, любители понежиться в бане, основали здесь поселение. И название оно имело соответствующее — Aquisgranum или aquae Granni (от лат. Aqua – вода – и имени кельтского исцеляющего божества Granus).
Со временем, когда Римская цивилизация пришла в упадок, поселение заглохло, было заброшено. Честь его возрождения предание приписывает — вот она, первая легенда! — самому Карлу Великому. Рассказывают, что император Карл был страстным охотником и особое удовольствие доставляла ему охота в смешанных лесах той местности, где сегодня стоит Ахен. Однажды на охоте, увлеченный преследованием оленя, император далеко оторвался от своей свиты, и его взору неожиданно открылись руины некоего замка. Когда Карл объезжал это строение, его конь вдруг увяз в густой грязи, а из образовавшегося провала заклубился пар и забил горячий ключ. Император догадался, что открылся целебный источник. Он коленопреклоненно возблагодарил Господа и Пресвятую Деву, пообещав построить на этом месте церковь, а на месте руин заложить охотничий замок и сделать его своей резиденцией. Так возникли Ахенский императорский дворец и Либфрауенкирхе. В окрестностях дворца было открыто еще немало горячих источников, и Карл приказал построить бани (термы) на этих местах.
Естественно, вокруг бурных, шумливых, пахнущих серой ключей просто обязаны были селиться чудовища, исчадия преисподней.
И селились, если верить сказаниям. Одно из них вошло в предания как Bahkauv или Ручейный Телец, в дословном переводе с ахенского диалекта. Впрочем, тельцом его можно было бы назвать с большой натяжкой. Милое создание обладало острыми зубами, когтями, мощным хвостом, и шерсть на его теле произрастала вперемешку с чешуей... Развлечения у теленка тоже были своеобразные. Чудовище подстерегало у ручья какого-нибудь подвыпившего припозднившегося мужичка, вскакивало гуляке на спину и заставляло нести себя до самого дома бедняги. Женщин и детей Телец не трогал, и есть основания утверждать, что поставлен он был там не иначе как в воспитательных целях, ибо многие после встречи с ним возвращались к трезвому образу жизни.

Ахенцы хитрее самого...

Впрочем, у ахенцев взаимоотношения с преисподней с самого начала складывались своеобразные... Началось это со строительства городского собора. Собор был нужен растущему городу, собор был нужен императорскому престижу. Карл лично контролировал строительство, и дело успешно продвигалось. История началась, когда императору пришлось покинуть город и отправиться на усмирение мятежных саксов. Война оказалась затяжной, и Карл переложил заботу о постройке собора на плечи городского совета. По приказу императора, строительство должно было быть завершено к его возвращению с войны.
Некоторое время после отъезда Карла городские мужи продолжали начатое им дело, но... Деньги, как известно, обладают таинственным свойством исчезать, испаряться... И в один прекрасный день городские мужи, обнаружив, что им нечем больше платить за работу зодчим, мастерам и художникам, собрались на совет, чтобы найти решение проблемы. Слово за слово, договорились и до вещей весьма странных... Неизвестно, кто первым высказал крамольную мысль о том, что средства на строительство христианского собора стоит занять... у черта. И мысль эта живо нашла отклик в умах советников. Естественно, она была услышана не только градоправителями, нечистый не заставил себя ждать. Члены совета обнаружили вдруг на своем заседании изысканно одетого незнакомого господина. Изумленные ахенцы не поверили своим ушам, услышав от незнакомца предложение финансировать затянувшееся строительство. Но, конечно, не безвозмездно. Да и кто поверит, что лукавый дух готов участвовать в таком деле во славу Божию? Кредитор претендовал на первую живую душу, что зайдет в достроенный, но еще не освященный собор. Городские мужи переглянулись... и согласились.
Стены собора — самой высокой по тем временам церкви севернее Альп — вознеслись к небесам. Величественное строение, переступать порог которого было смертельно опасно... День торжественного освящения храма неумолимо приближался, и членами совета понемногу овладевал страх.
Выход нашли хитроумные каноники собора, найдя в договоре нечто, неучтенное кредитором. А именно то, что нигде не было сказано, что речь идет о душе человеческой....
Итак, ночь накануне освящения. Враг рода человеческого затаился во тьме храма в ожидании жертвы. И вот дверь собора приотворилась, впустив внутрь живое существо. Охотник за душами стремительно бросился навстречу, схватил несчастную жертву и вырвал душу... из лохматого волчьего тела. С проклятиями выскочил обманутый черт из собора, в гневе захлопнул за собой массивную дверь, да так, что дверь треснула, а часть его собственного пальца оторвалась и застряла в дверной ручке.
Говорят, кончик пальца и по сей день можно нащупать в одной из львиных голов, украшающих двери собора. Любопытные туристы просовывают туда свои пальцы и восторженно обмениваются впечатлениями. В память об этом событии были отлиты две бронзовые скульптуры — волк с дырой в груди и сосновая шишка, символизирующая душу. Эти скульптуры украшают притвор Ахенского собора. А ахенцы с тех пор горделиво говорят о себе, что они хитрее самого черта (De Oecher send der Düvel ze lous).
Но конечно, история на этом не закончилась. Как известно, в гневе покидая город, нечистый проклял ахенцев и поклялся отомстить за обиду. Месть горожанам грозила страшная — весь город, включая ненавистный собор, должен был быть погребен под огромным количеством песка.
Песок был собран на берегу Северного моря, и изнывая под тяжестью двух огромных мешков, мститель потащился в сторону Ахена. Путь был далеким, а день — жарким, и изнуренный черт вынужден был сделать передышку. Тут он увидел бедно одетую женщину, которая шла ему навстречу. „Скажи-ка, далеко ли еще до Ахена?"— спросил нечистый. Жещина была, как говорят на ахенском диалекте, lous (хитрая). Она догадалась, с кем имеет дело, и решила обмануть врага. Женщина заявила, что идет с ахенского базара, который, по ее словам, находится очень далеко. Она показала черту свои стоптанные туфли, которые будто бы были новыми, когда она покидала город, и буханку черствого как камень хлеба. Нечистый пришел в ужас при мысли, что ему придется тащить свою ношу в такую даль, и бросил все там, где стоял.
По другой версии, торговка, пока черт разглядывал ее поношенную обувь, сунула крест ему под нос, и мститель просто выронил свою ношу от страха и боли. Событие это, понятно, сильно изменило природный рельеф вблизи Ахена. Принесенный с побережья песок образовал три горы. Там, где просыпалась большая его часть, возникла гора Лоусберг, прославившая ахенскую хитрость в самом своем названии, а рядом с ней — две поменьше, Сальваторберг и Вингертсберг.

Гремучий переулок

Строительство собора должно, как известно, закончиться его освящением. Карл Великий вернулся с войны и горел желанием отметить это событие с большой помпой. Кроме Папы, различных прелатов и графов, тщеславный император пожелал, чтобы в освящении собора приняли участие ровно 365 епископов — столько, сколько дней в году. Но накануне празднества, к разочарованию Карла, в городе оказалось только 363 епископа. Грандиозная идея была на грани провала.
Милосердный Господь снизошел к страстным мольбам императора. Он послал двух Своих ангелов, чтобы те подняли усопших епископов, покоившихся в аастрихтской церкви. Повинуясь велению, епископы Мундольф и Гундольф восстали, покинули свои гробницы и в полном епископском облачении отправились в сторону Ахена. О приближении их ахенцев известило... отчетливое и громкое постукивание костей покойников. Желание императора исполнилось. А память об этом чуде жители города увековечили в названии переулка, по которому, гремя костями, покойные епископы вошли в город, а затем покинули его — Клаппергассе. Gasse означает „переулок", а словечко Klapper переводится как „трещотка", „погремушка".

Сказка „на сладкое"

Сладкое в Ахене — это пряники. Печатные пряники — Printen. Они заполняют витрины многочисленных маленьких кондитерских в старом городе — различной величины и формы, украшенные богатой фантазией пекарей, источающие невыразимые медовые ароматы... и твердые, как камень. Такими они и должны быть, уверяют жители города. Ахенцы продают эти произведения кулинарного искусства падким на экзотику туристам, посылают к праздникам своим друзьям, дарят в качестве сувениров. Интересно, решаются ли они сами грызть свои твердокаменные сладости?..
О возникновении ахенских пряников существуют многочисленные легенды, истории и даже научные исследования...
В 1656 году в Ахене разразился небывалой силы пожар, который известен сегодня как Большой городской пожар. Из 5300 домов 4664 пали жертвой огня. Неудивительно, что в последующее время нужда и голод стали хозяевами города. Снабжение продуктами не удовлетворяло потребностей горожан. Именно в эти тяжелые времена один пожилой пекарь вспомнил вдруг о некоем традиционном печенье, которое, по преданию, было любимым печеньем Карла Великого. К сожалению, никто не мог вспомнить рецепта этого лакомства, и каждый пекарь изобретал его заново, но результаты никого не удовлетворяли. Ахенцы были уверены, что рецепт блюда Карл Великий унес с собой в могилу — в буквальном смысле, но никому не приходило в голову потревожить покой усопшего императора. Лишь один подмастерье пекаря принял решение добраться до легендарного рецепта... Беда лишь в том, что уже в те времена никто не знал точного места упокоения великого императора. И вот, как это и бывает в Ахене, незаменимый „помощник" оказался тут как тут. „Что удалось торговке, удастся и мне", — подумал юный хитрец и решился на сделку с чертом. За то, что ему будет показан путь к гробнице Карла, ученик пекаря должен был расплатиться ключом от сокровищницы.
Нечистый выполнил свою часть сделки — показал мальчишке усыпальницу Карла Великого.
Дрожа от возбуждения и страха, юнец вошел в гробницу. Покойный император открыл при его появлении глаза и грозно вопросил о причине возмутительного вторжения. Робко поведал испуганный подмастерье о великой нужде ахенцев, и Карл, конечно, не смог отказать в просьбе жителям любимого города. Счастливый ученик вернулся к своему мастеру. Старый пекарь был поначалу испуган, но быстро смекнул выгоду и пустил рецепт в дело. Слава о чудесном печенье стремительно разнеслась не только по городу, но и за его пределами. Пекарь и его подмастерье быстро обогатились и думать забыли о долге. Нежданно появился безжалостный кредитор у них на пороге. Будто бы желая умилостивить гостя, ученик пекаря преподнес ему противень со свежеиспеченными пряниками. Очарованный запахом и вкусом выпечки, нечистый с жадностью проглотил вместе с пряниками и жестяной противень и умчался в свою преисподнюю, воя от боли в животе... Так ахенцам вновь удалось провести врага рода человеческого.

Ахенское братство

Что ж, такая история, полная легенд и мистических переживаний, развила в ахенцах особое чувство общности. Романтики-ахенцы даже такую прозу жизни, как труд на мануфактурах, умудрились поэтизировать. Этой прозой были текстильная промышленность и производство иголок. Работницы мануфактур измеряли и сортировали иглы с помощью мизинца правой руки. Со временем текстильный промысел перестал играть ведущую роль в регионе. А мизинец остался. Не просто палец — знак. Знак, по которому ахенцы узнают друг друга во всем мире. Хочешь, чтобы убедились, что ты свой, ахенский? Подними в приветственном жесте правую руку с оттопыренным мизинцем. И тогда ты — член всемирного ахенского братства, один из этих находчивых хитрецов, перед которыми пасуют даже адские силы...  
http://orthodox-europe.eu/index.php?option=com_content&task=view&id=40